Сказка про любовь…

lubovi1

Всемирная Организация Здравоохранения внесла любовь в реестр заболеваний в раздел «нарушение привычек и влечений неуточненное», где это прекрасное состояние оказалось в компании с алкоголизмом, наркоманией и прочими «маниями». 
Честно говоря, новость эта не слишком нова. Психологи и психиатры уже немало лет «награждают» любовь такими терминами как синдром навязчивых состояний, любовный невроз, бред малого размаха,  эмоциональная сверхзависимость и т. п. Встречается даже такой термин как «любоголизм». Как же случилось, что столь возвышенное и прекрасное чувство попало в разряд пусть и не очень грубых, но все же психических нарушений?

Любовь идеализируется обществом, нередко позиционируется в явной и неявной форме едва ли как не главный смысл жизни и эквивалент счастья.
Любовь идеализируется обществом, нередко позиционируется в явной и неявной форме едва ли как не главный смысл жизни и эквивалент счастья.

Любовь идеализируется обществом, нередко позиционируется в явной и неявной форме едва ли как не главный смысл жизни и эквивалент счастья. Вроде как, если не сложились любовные отношения, то и жизнь не удалась. Речь, конечно, идет о любви «счастливой», то есть разделенной. Проблемы начинаются именно тогда, когда одного из партнеров это чувство покидает или он не разделял его с самого начала. Тогда мы говорим о «несчастной любви», жертву ее жалеем и всячески ей сочувствуем, и всем понятно, что человеку плохо. Но обратите внимание: плохо не тому, чья любовь прошла, а тому, у кого любовь-то как раз сохранилась, но которого не любят. Так что же мы понимаем под словом «любовь»?

Я подарю тебе эту звезду…

 То, что сегодня люди называют любовью, далеко не всегда ею является.
То, что сегодня люди называют любовью, далеко не всегда ею является.

Если вы спросите влюбленного, что он подразумевает под словами «я ее/его люблю», почти наверняка он ответит, что хочет, чтобы у объекта любви все было хорошо, что хочет ему помогать, о нем заботиться, желает всяческих благ, готов ради него/нее на все, звезду с неба достанет, почку отдаст, жизни не пожалеет и т. д. в том же духе. Но при таких благих намерениях, почему так высока потребность во взаимности, в ответных чувствах?
За сложившейся в обществе идеализацией влюбленности потерялся и извратился сам изначальный смысл этого слова. И то, что сегодня люди называют любовью, далеко не всегда ею является. Переживая, как нам кажется, любовь, мы не удосуживаемся обратить свое внимание на другую сторону этой «медали». Мы не умеем, да и не хотим, слышать и знать, что в то время, когда наш ум говорит: «я хочу сделать для него/нее все», наше подсознание говорит: «я хочу, чтобы он/она обо мне заботился, уделял мне свое время, был внимателен ко мне, удовлетворял меня сексуально». И самое главное: чтобы он/она давал мне чувство защищенности, уверенности в себе, забрал хотя бы часть моих страхов и беспокойства о завтрашнем дне, в общем – снял напряжение в моей душе, заполнил мою внутреннюю пустоту!
Причем мы умудряемся страдать не только тогда, когда отношения разладились (причиной чему мы сами же зачастую и являемся) или изначально не сложились, но и тогда, когда, по нашему мнению, нам уделяют мало внимания, мало времени, мало помощи, мало денег, мало участия, общения, понимания, секса… Любой из этих дефицитов мы моментально приравниваем к «не любит».

Любовь – не ветрянка

как бы ни страдал человек от одиночества, он не постоянно находится во власти этого своего «горя».
Как бы ни страдал человек от одиночества, он не постоянно находится во власти этого своего «горя».

Но ведь «несчастная любовь» — это не ветрянка и не другая детская инфекция, все ее жертвы — взрослые люди, которые вполне могут позаботиться о себе сами, просто не приучены это делать.
Обратите внимание: как бы ни страдал человек от одиночества, он не постоянно находится во власти этого своего «горя».  Когда мы заняты решением своих производственных проблем на работе, читаем интересную книгу или поглощены развитием замысловатого сюжета фильма, когда мы пьем пиво с друзьями или кофе с подружками, когда мы чем-то увлечены, нам что-то интересно, потребность в любимом человеке в эти минуты не ощущается, и уж во всяком случае не ощущается болезненно. Нам и без него/нее неплохо. Но вот дочитан роман, заканчивается рабочий день, внешний мир перестает отвлекать нас от самих себя, возникает пауза в повседневной суете, мы остаемся наедине с собой и вот тут… Где же он/она – любимый/любимая? Вот теперь они нужны нам немедленно!

Может быть, дело в нас самих?

Так может быть, дело не в том, что нас не любят, что на наше «чистое, бескорыстное и необусловленное» чувство не отвечают взаимностью? Может быть, дело в нас самих? В том, что мы разучились (а вернее, и не умели никогда) заботиться о себе, о своей душе, заполнять смыслом свою жизнь?
Обвинять кого-то, а тем более всех, в неправильном отношении к жизни, к себе, к другим людям, утверждать, что люди сами виноваты в том, что их не любят, или в том, что они от этого страдают, не слишком конструктивно. Мы рождаемся, взрослеем, живем и развиваемся в обществе. И хотим мы того или нет, но мы усваиваем все его идеалы, нормы поведения и социальные штампы.

Современное общество и техногенная среда являются неестественными и негармоничными для любого живого существа, а по сути, представляют собой сильнейший стрессогенный фактор.
Современное общество и техногенная среда являются неестественными и негармоничными для любого живого существа, а по сути, представляют собой сильнейший стрессогенный фактор.

И все свои оценки «плохо – хорошо» мы делаем именно исходя из этого.
А современное общество и техногенная среда являются неестественными и негармоничными для любого живого существа, а по сути, представляют собой сильнейший стрессогенный фактор. На стресс мы реагируем страхом или агрессией. Конечно, эти эмоции не достигают своих крайних форм, например, паники или асоциального поведения. Но они оседают в душе и «копошатся» там в виде беспокойства, тревоги, раздражения, вспыльчивости, зачастую к тому же неосознаваемых. За любой обидой, за любой вспышкой гнева стоит подсознательный страх – за свою жизнь, за жизнь своих детей, за необходимые ресурсы.

От любви до депрессии – один шаг

Мы не умеем не только избавляться от этих страхов, но даже просто контролировать их или хотя бы осознавать. Но и жить с ними невыносимо. Поэтому мы научились их слегка заглушать, частично компенсировать, создавая иллюзию безопасности. Для этого мы заводим друзей, хобби, «интересную работу», «цель всей жизни». Если позволяют финансовые средства, отправляемся в путешествия, окружаем себя предметами роскоши, становимся коллекционерами, доказывая себе и другим, что жизнь удалась. Но самое лучшее, самое сильнодействующее средство – это, конечно, любовь!
Если, проводя аналогию с лекарственными препаратами, сравнить любовь с прочими средствами компенсации, то ее действие отличается от них как действие морфина от аспирина. Неудивительно, что когда нас лишают любви, к которой у нас успело развиться привыкание, другие средства уже не помогают. Вот тогда и начинаются болезненные страдания, переходящие в неврозы, депрессии и зависимости.

Любите при любых обстоятельствах

Любите при любых обстоятельствах, если уж судьба послала вам этот дар, наслаждайтесь своим чувством, используйте рожденную им энергию для творчества.
Любите при любых обстоятельствах, если уж судьба послала вам этот дар, наслаждайтесь своим чувством, используйте рожденную им энергию для творчества.

Но ведь для того, чтобы любить, необязательно, чтобы предмет вашей любви постоянно находился рядом с вами. Многие люди сохраняют любовь в долгой разлуке и не впадают при этом в депрессию. Любите при любых обстоятельствах, если уж судьба послала вам этот дар, наслаждайтесь своим чувством, используйте рожденную им энергию для творчества. Но при этом отделяйте свою любовь от своих претензий к человеку, которого любите. Когда вы испытываете дефицит его/ее внимания, участия, времени, проведенного вместе, постарайтесь осознать, что именно в вашей душе провоцирует психологический дискомфорт. Что бы вы делали, если бы в этот момент любимый был рядом? Почему вы не можете делать это без него? И самое главное – почему это воспринимается так болезненно?
Да, если заниматься таким самоанализом, можно «накопать» в себе много неожиданного и неприятного. Но любое лечение начинается с установления диагноза. А выяснив причину «болезни», вы серьезно повышаете свои шансы на выздоровление, на восстановление душевного покоя и гармонизацию отношений с окружающим миром.
Говорить о том, что можно или нужно избавляться от страхов, слишком самонадеянно, поскольку корнями они уходят в не чуждые человеку животные инстинкты: самосохранения и продолжения рода. Но можно анализировать свои эмоции и, вместо того, чтобы реагировать по привычному сценарию вспышками гнева или обиды, осознавать их истоки и стоящие за ними страхи. И возможно тогда, со временем понятие «любовь» вернется к своему изначальному смыслу и перестанет трансформироваться в психиатрические диагнозы.

Comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *